БОЙ ГИПОТЕЗ
БОЙ ГИПОТЕЗ

Но вернемся сейчас и от древнейших праотцов и от детей ясель­ного возраста в более конкретную и близкую историю. Обратимся к людям, которым обязаны своей речью и фундаментом своей культуры все, кто говорит сегодня на русском, украинском, белорусском, сербо­хорватском, польском, болгарском, чешском, словацком, македонском и словенском языках.

Обратимся к общим предкам всех славянских народов — древним славянам.

Как полагают языковеды, три, четыре или пять тысяч лет назад племена, от которых еще только должны были произойти германцы, славяне, балты (литовцы и латыши), жили вместе на сравнительно небольшой территории и говорили на диалектах одного и того же языка.

Позже диалекты «разошлись», став отдельными языками, и на карте мира, которую тоща некому (было составить, впервые появи­лись германцы, славяне, балты.

(Искать славянские племена в намного более далеком прошлом бессмысленно, так же как бессмысленно искать, где жили пять ты­сяч лет назад древние греки. Замечательный русский историк В. О. Ключевский писал по поводу таких попыток:

«Историческая этнография, изучая происхождение всех этих (древних) народов, пыталась выяснить, какие из них принадлежали к кельтскому и какие к германскому или славянскому племени...» Но «эти племенные группы, на которые мы теперь делим европейское население, не суть какое-либо первобытное извечное деление челове­чества: они сложились исторически... в свое время каждая».)

Никто не мог в то далекое время пометить на карте, где именно живут славяне, где германцы, а где, скажем, кельты... Поэтому спус­тя тысячи лет одним из самых сложных вопросов истории стала проб­лема прародины славян. Где же жили первые славянские племена?

Мы примерно знаем, что германцы, например, обитали три тыся­чи лет назад на крайнем севере Германии, в Дании и на юге Сканди­навского полуострова. Только в середине и конце первого тысячеле­тия до нашей эры и в начале первого тысячелетия нашей эры герман­ские языки распространились по всей теперешней территории Германии; только в середине первого тысячелетия нашей эры они пе­ремахнули, вместе с англами и саксами, в Англию; только в самые последние столетия германская семья языков, представленная в дан­ном случае английским языком, стала «хозяйкой» Северной Амери­ки, Австралии, Новой Зеландии, завоевала сильные позиции в Южной Африке. И центром, откуда началось это «лингвистическое нашест­вие» и были, вероятно, нынешняя маленькая Дания, Южная Норве­гия и Южная Швеция.

Полторы тысячи лет назад историки видят славян уже занимаю­щими большие территории и продолжающими расселяться на огром­ных территориях центра, востока, юга Европы. С XVI века нашей эры славянские языки все решительнее проникали в Азию, и сегодня на них говорят почти все жители Сибири и нашего Дальнего Востока, бо­лее половины жителей Казахстана и т. д.

Но не могут ученые договориться между собой и окончательно установить, где же лежала земля, с которой вышли в победоносный поход славянские языки. Мы точно знаем, что в V—VI веках нашей эры славяне вторгаются в пределы Византийской империи, и хрони­ки византийских историков вскоре начинают пестреть наименования­ми славянских племен и их вождей.

С точки зрения человека, изучающего исторические документы, имя славян появляется в них внезапно. Но ясно в то же время, что для самих историков, рассказывающих о славянах, этот народ не был чем-то дотоле безвестным, взявшимся невесть откуда. Обстоятельно обсуждают римские и византийские историки, как и откуда появи­лись на Европе, скажем, гунны или авары; но и в голову не приходит многомудрым знатокам прошлого и настоящего заниматься проис­хождением славян. Сегодняшние историки полагают, что это свиде­тельствует о знакомстве римлян и византийцев со славянами; к чему были рассуждения о всем тогда известных фактах! А в результате об этих фактах приходится теперь догадываться... Ведь до VI века са­мое имя славян не встречается в записях, сделанных в странах, где тогда уже существовала письменность. А точнее говоря, встречаются другие имена, одни из которых, по всей видимости, .относятся именно к славянским племенам, а другие — возможно, к славянским, а воз­можно, и нет.

Тацит в I веке нашей эры говорил о племенах венедов, которые живут в бассейне Вислы, по образу жизни близки к германским пле­менам, своим западным соседям; на востоке венеды граничат с ко­чевниками — сарматами.

Во II веке нашей эры географ Птолемей писал о венедах, живущих и у Карпат и у Венедского залива (видимо, в Прибалтике). Есть отры­вочные сведения о венедах и у древних античных писателей более раннего времени. В раннем средневековье западноевропейские ученые не сомневались в том, что венеды и славяне — одно и то же. Финны и эстонцы, как я уже говорил, до сих пор зовут русских именем «вене».

Но все эти данные относятся в основном к рубежу нашей эры. А раньше? Где славяне жили раньше? Да и в сообщениях историков первых веков нашей эры так много неясного, что затруднительно точно установить, где именно жили и в это время славянские пле­мена.

Не забудьте, последняя тысяча лет до новой эры и первая тысяча лет новой эры были в Европе временем весьма бурным. Кельты и рим­ляне, гунны и авары и .многие-многие иные народы и племена пересе­лялись, выступали в завоевательные походы, оседали на новых землях...

Вспомните, сколько хозяев сменила хотя бы Дунайская Паннония, ставшая в конце концов Венгрией (вы прочли об этом в главе «Семь племен и пять стран»).

А она ведь отнюдь не была исключением...

Число предположений, связанных с проблемой славянской праро­дины, огромно.

И все-таки большинство научных гипотез можно разбить на не­сколько основных групп. Что же, начнем с самой северной из предпо­лагаемых прародин. Есть ученые, которые размещают прародину сла­вян в Южной Прибалтике. Ведь венеды, судя по сообщениям истори­ков римского времени, жили у Балтийского моря. Но проведенный лингвистами анализ древнеславянского языка как будто подрубил корни этой идее. Дело в том, что в этом языке, по-видимому, совсем не было слов, относящихся к морю. Зато было множество слов, касав­шихся рек, болот, озер... Исконными и собственно славянскими ка­жутся, однако, многим лингвистам названия рыб лососевых пород. Рыб, которые водятся в реках, впадающих в Балтийское море.

Впрочем, только ли названия рыб были привлечены историками на помощь! Деревья и звери, реки и села (я имею в виду их названия) «боролись» друг с другом, помогая ученым найти истину. Дело в том, что народ, придя на новое место, часто берет у .местных жителей сло­ва, обозначающие явления и вещи, с которыми этот народ не встре­чался на своей родине. Например, если название бука в древнеславянском языке чужое, значит, буки на прародине славян не росли.

К сожалению, это правило, во-первых, соблюдается не всегда; во-вторых же, за минувшие две-три тысячи лет не только народы, но и растения наменяли занятые ими территории — ведь менялся климат. Современная восточная граница распространения бука в Европе про­ходит не там, где она проходила пятнадцать веков назад, а тогда она проходила не там, где еще на пятьсот или тысячу лет раньше-Так или иначе, но «вторая», если идти от Балтийского моря на юг, гипотетическая прародина славян лежит в междуречье Вислы и Одера, причем к морю не прилегает. «Третья» территория, которую отстаивает большая группа историков, расположена между Днепром и Вислой. Нередко «вторую» и «третью» территории рассматрива­ют как единый массив земель, занятых в древности праславянами: ряд ученых считает, что прародина славян лежала между Одером и Днепром.

Прикарпатье — тоже очень серьезный претендент на право звать­ся славянской прародиной. Наконец, есть еще один очень серьезный кандидат на это зва­ние — Паннония, которую я так часто упоминал в этой книге.

Три легендарных брата. Чех, Лех и Рус, положившие начало че­хам, полякам и русским, по этой самой легенде были сыновьями Пана и жили сначала как раз у венгерской ныне части Дуная. Ле­генда эта поздняя, записана, вероятно, в XIII веке, и ей вряд ли можно верить. Но вот русский летописец тоже говорит о прародине славян на Дунае. А само слово «пан» стало почетным обращением у нескольких славянских народов. (Однако существует еще предполо­жение, что слово «пан» пришло к славянам из скифского языка.)

Издавна поражает ученых особое внимание славянского фоль­клора к слову «Дунай». В русских, украинских и белорусских песнях Дунай становится порою обозначением реки вообще.

В белорусском Полесье минские фольклористы Ф.Д.Климчук и В.В.Шелелевич недавно записали в двух деревнях шестьсот семь песен. В двадцати двух из этих песен встречается река Дунай, и ни в одной песне нет никакой другой реки!

В песнях живет память о бесконечно древних обычаях, некоторые детали тут явно восходят к обычаям жертвоприношений в честь реки.

Дунай в песнях берет в жены девушек, воспитывает порученных ему детей, выполняет обращенные к нему мольбы.

Мало того. В этих местах Полесья есть старшей, которые полага­ют, что воды всех полесских рек и речек в конце концов вливаются в Дунай.

Легенды, предания, фольклор всех видов — часто не слишком надежный исторический источник. И все же сумма таких «косвенных улик» поражает воображение.

Однако до Дуная в начале нашей эры доходили владения Рим­ской империи; живи здесь славяне в это время, их не могли бы не заметить римские историки.

Вот возможный ответ, предложенный тридцать лет назад профес­сором С.П.Толстовым и поддержанный совсем недавно, В. П. Кобычевым в его книге «В поисках прародины славян».

Славяне действительно жили примерно в середине первого тыся­челетия до нашей эры на Дунае, но затем их оттеснили на север те самые кельтские племена, которые проложили себе тогда широкую дорогу через Европу.

С Дуная славяне могли уйти от кельтов и в Прикарпатье, и на Вислу, и на Одер. Кельты подошли затем и к этим районам, вызвав новое передвижение славянских племен, на этот раз к Днепру.

Новое появление славян на Дунае в V—VI веках новой эры было, если дело обстояло так, в каком-то смысле слова возвращением на родину.

Но это только предположения...

Мы знаем, что, заняв Балканы, славяне передали свой язык древ­нему местному населению, с которым смешались. Мы знаем, что в Восточной Европе продолжившие свое движение на север и восток от среднего течения Днепра славяне встретились с многочисленными балтийскими и финскими племенами, постепенно передавая им свою культуру и свою речь. Крупный советский историк и археолог про­фессор П. Н. Третьяков говорит, что в первом тысячелетии нашей эры здесь происходило «большое культурно-историческое и этническое со­стязание, участниками которого были финно-угры, восточнобалтийские и восточнославянские племена».

Все эти племена в результате продвижения славян жили впере­межку. В «состязании» решалось, чьи язык и культура возьмут верх.

Славянский язык победил; мы уже видели на многих примерах, как языки одерживают такие победы.

Но не только финские и балтийские племена были вовлечены славянами в Восточной Европе в процесс образования нового велико­го народа. Остатки скифов и сарматов, отдельные фракийские, тюрк­ские и иные племена вошли в состав союзов, из которых в конце кон­цов сложился древнерусский народ.

А почему он стал называться русским, почему наша Родина полу­чила имя Руси? Почему славяне вообще называются славянами?

Ответов на эти вопросы несравненно больше, чем даже гипотез, ка­сающихся прародины славян.

Славяне — от слава! Красиво, но большинство лингвистов гово­рит, что ранняя форма не «славяне», а «словене». Словене — от сло­во! Кажется, хорошо — ведь народы нередко подчеркивают в своих именах то обстоятельство, что их речь понятна... для них самих.

Словене — от древних форм слова «свой», от слова «слуга», обо­значавшего когда-то члена общины, от слова» означающего «влаж­ный» (то есть .имеющего в виду славян, как жителей богатых озерами и болотами мест).

Предположений много, но А. И. Попов, автор вышедшей в 1973 го­ду в издательстве «Наука» книги «Названия народов СССР», катего­ричен:

«Вообще все попытки объяснения племенного имени славяне, словене неубедительны». Вообще все! Вот как...

Очень схожее положение с названием Русь.

Впервые, по-видимому, имя росов (русов) было записано сирий­ским писателем VI века, который рассказывает о народе рос, где «му­жи с огромными конечностями, у которых нет оружия л которых не могут носить кони из-за их тел».

Так, вероятно, древний писатель образно противопоставлял воин­ственным кочевникам, не расстающимся с конями и орудием, их мирных соседей — земледельцев.

Академик Б. А. Рыбаков говорит:

«В старом земледельческом районе, лесостепи, на берегах р. Р»оси существовало племя рос или рус...

В VI в., когда славяне оправились от гуннского разгрома, а в сте--пях появился новый, не менее грозный враг — обры (авары), племе­на лесостепи сплотились в большой союз под гегемонией наиболее южного, близкого к степям, приднепровского племени росов, или русов...

Когда в IX в. сформировалось первое феодальное государство у восточных славян, оно по древней 300-летней традиции продолжало именоваться Русью.

Понятие «Русская земля» расширялось вместе с ростом государ­ственной территории и постепенно охватило все восточнославянские племена».

По мнению одних ученых, имя росов связано с рекой Рось в По-днепровье, другие это отрицают. В поисках исторических корней на­звания Русь вспоминают и о народе росомонов, жившем на юге Восточной Европы в середине I тысячелетия нашей эры. Правда, лин­гвисты указывают, что росомоны были, скорее всего, каким-то ответ­влением ираноязычных сарматов или скифов — на их языке слово «мон» должно было означать «человек».

Искали корни слова «рос-рус» и в шведском языке и в иных, но все эти попытки никак нельзя считать доказательными.

Стоит рассказать — уже из-за ее новизны — об одной из послед­них гипотез о происхождении слова «Русь», гипотезе, принадлежа­щей В.П.Кобычеву. Он обратил внимание на то, что названия с корнем рус часто лежат в Центральной и Восточной Европе на пути, по которому прошло племя ругиев. Законы языка не противоречат такому превращению г в с; а племя ругиев, жившее на рубеже на­шей эры на южном берегу Балтийского моря, во II—III веке живет уже в Приднепровье и Прикарпатье, затем на Среднем Дунае, в Паннонии. Вождём ругиев (и сквиров) был Одоакр, вторгшийся в Италию и свергнувший с трона последнего римского императора. Неизвестно точно, кем были ругии «с самого начала»; германцами, балтами или славянами, но есть основания считать, что в начале второй половины первого тысячелетия, н. э. они стали (или остались) славянами по языку и культуре.

В пользу мнения о том, что имя «Русь» связано с ругами, говорит, по мнению Кобычева, многое. Не раз и не два, например, в документах германских, английских и других Русь называют Ругией, землей ругов и т. д.

И все-таки... Все-таки этот давний вопрос никак нельзя считать решенным.

И нам остается только утешать себя, как это делает А.И.Попов, что «объяснение этнического имени может представлять интерес лишь в случае полной уверенности в его правильности, и то, конечно, ин­терес весьма частного характера, так как очень важных следствий отсюда вывести нельзя».

Но как бы ни произошло это имя, сегодня оно известно всему миру.

Древняя Русь стала одной из великих держав Европы, ее народ создал бессмертную культуру, которую передал наследникам, трем своим сыновьям — народам русскому, украинскому и белорусскому.
 
 
Ссылки

 
Сегодня сайт смотрели 10 посетителей (22 хитов)
Этот сайт был создан бесплатно с помощью homepage-konstruktor.ru. Хотите тоже свой сайт?
Зарегистрироваться бесплатно